Эвелин Гленни

Совершенно глухая с двенадцатилетнего возраста, Эвелин Гленни отказалась смириться с неприятием ее желания стать сольным исполнителем на ударных инструментах. Она продолжала осуществлять свою мечту; и сегодня она общепризнана как первая из классически обученных сольных исполнителей на ударных инструментах, одна из самых лучших в мире.

Эвелин родилась в северо-восточной Шотландии на ферме ее семьи, примерно в двадцати милях от города Аберден. Она была самой младшей из трех детей и единственной девочкой. Эвелин ходила в небольшую сельскую начальную школу, расположенную близко к ее дому. Позже она была ученицей средней школы, находившейся примерно в девяти милях. Ее мать играла на церковном органе; и на каждое рождество отец доставал свой аккордеон. В доме Гленни проигрывателя не было, таким образом, интерес Эвелин к музыке должен был исходить из внешних источников. На нее не оказал влияния никакой конкретный вид музыки. Как она это выразила: “Я ... следовала своей интуиции ... училась посредством исполнения и чтения партитуры ...”

Эвелин начала брать уроки игры на пианино в возрасте восьми лет, и ее учитель вскоре обнаружил, что у нее абсолютный слух. Позднее в этом же году она начала замечать, что ее слух постепенно ухудшается . Это ослабление слуха продолжалось в течение последующих четырех лет. Наконец врачи поставили диагноз, назвав причиной повреждение нерва.

Раз интерес Эвелин к музыке твердо установился, даже ухудшение слуха не могло расхолодить ее. К двенадцатилетнему возрасту, когда она начала работать с ударными инструментами, потеря слуха стала почти полной. (У нее все же есть остатки слуха.) Однако она просто отказалась беспокоиться об этом! Она сказала: “Глухота была частью меня ... она развилась естественным путем ...”

Эвелин снабдили слуховым аппаратом, но она отказалась от него, потому что он “искажал звук” и “отвлекал.” Она научилась читать по губам и с тех самых пор хорошо обходилась без аппаратов, хотя сегодня она говорит, что верит в “абсолютное общение” для глухих. Ей не трудно говорить, частично из-за ее абсолютного слуха.

Эвелин отдает должное своим учителям в начальной школе, которые воодушевляли ее неотступно добиваться своей цели в построении музыкальной карьеры. Она впервые научилась узнавать высокие и низкие ноты, положив руки на наружную стену музыкального кабинета, в то время как учитель исполнял музыку внутри кабинета. Некоторые ноты вызывали у нее покалывание в пальцах, тогда как другие ощущались прямо до самых запястий.

Однажды она увидела, как одноклассник играет на ударных инструментах. Она заинтересовалась и попросила брать уроки. Через несколько дней Эвелин сказала, что это было как раз “то, что надо” для нее.

Существует больше разновидностей ударных инструментов, чем каких-либо других видов инструментов, и некоторые из них являются одними из самых старых в мире. Ударную часть музыкальной группы или оркестра часто называют “кухней” или “отделением кухонной раковины”; исполнителя на ударных инструментах часто называют “мастером на все руки” из-за большого количества имеющихся инструментов.

Вот некоторые примеры ударных инструментов: (1) разных видов барабаны; (2) тарелки (ударяемые друг об друга); (3) ксилофон, маримба, металлофон (ударяемый колотушкой); (4) тамбурин, карильон, кастаньеты (их трясут); (5) угольник, колокола (ударяют).

Назначением ударных инструментов является придать колорит и своеобразие музыке, идущей от оркестра, одновременно выделяя ее ритм.

К тому времени, как она закончила среднюю школу, Эвелин поняла, что ее глухота не позволит ей полностью учавствовать в рамках оркестра. Тогда она начала думать о будущем в качестве сольного исполнителя на ударных инструментах.

С этой целью Эвелин подала заявление на прием в Лондонскую Королевскую Музыкальную Академию. Учителя там были настроены скептически по поводу возможности для нее добиться успеха. Ее заставили пройти через ДВА прослушивания, на каждом из которых присутствовал разный состав членов факультета, собравшихся оценивать ее способности. Она убедила их, что может работать с ударными инстркментами на высоком уровне, несмотря на ее недостаток слуха; и она успешно закончила учебу за три года.

Закончив академию с отличием, Эвелин дала много обычных и сольных концертов в Великобритании. Она провела год в Японии, изучая пятиоктавную маримбу. (Ее седьмой компакт диск целиком составлен из музыки японских композиторов.) Теперь она дает больше ста концертов в год. Она также пишет музыку для британского телевидения: коммерческие рекламные куплеты, тематические песни, и музыкальное сопровождение для документальных фильмов.

Эвелин записала на пластинку много песен, некоторые из них она сочинила сама. Она получила “Грами” (награду за грамзаписи) за свое исполнение “Сонаты для двух фортепьяно и ударных” Бартока.

Эвелин была избрана “шотландкой года” в 1989 году. Она также и писатель. Ее книга “Хорошие вибрации” была бестселлером в Великобритании.

Когда Эвелин приступает к новому сборнику, она применяет некоторые необычные приемы. Известно, что она проигрывает запись песни на стерео, обнимая динамики. Иногда она использует магнитофон, который она помещает между колен, пока музыка играет.

Во время исполнения перед Эвелин находится до пятидесяти инструментов. Часто она снимает туфли, чтобы “почувствовать” музыку как через нижнюю часть тела, так и через руки. Она распознает ноты по их разным вибрациям. Отражение от пола сцены, на которую опираются ее ноги, тоже помогает ей.

В 1994 году Эвелин вышла замуж за Грега Малканги, инженера звукозаписи, у которого нормальный слух. Они живут в доме к северу от Лондона. В сарае на их собственности размещено примерно 600 ударных инструментов, которые Эвелин собирает. Она постоянно находит новые, некоторые из них очень необыкновенные (цветочные горшки, телячьи кости, автомобильные запчасти).

Когда Эвелин решает овладеть новым инструментом, у нее уходит больше времени, чем на это может понадобиться человеку со слухом, но когда ее доскональный процесс обучения закончен, это становится “частью ее.”

В марте этого года Эвелин выступила с дебютом вместе с Нью-Йоркским Филармоническим Оркестром в Линкольн Сентер. В рецензии “Нью-Йорк Таймс” частично говорится: “Гленни это ... феномен как исполнитель ... и тот факт, что она ... глухая всего лишь самая малая его часть.”

Она является президентом “Фонда Бетховена”, организации, находящейся в Лондоне. Это благотворительное учреждение, которое предоставляет основанный на музыке курс для детей с недостатком слуха. Гленни считает, что возможно музыка является эффективным способом связать их с внешним миром. Похоже, что для них легче поймать и опознать музыкальные звуки; иногда они и единственные. Она совершенно несогласна с людьми или группами, которые пытаются отговорить глухих от слушания музыки или от принятия более активного участия.

Как Эвелин оценивает свой успех в жизни? Эта ее цитата дает нам некоторое представление: “Я не глухой музыкант. Я музыкант, которая оказалась глухой.”

Стан Гриффин, специальный автор Интернациональных Друзей Глухих